Статья 167. Общие положения о последствиях недействительности сделки

Комментарий к статье 167

1. Значение нормы ст. 167 для российского правопорядка весьма велико. Собственно, эта норма, иногда неточно именуемая нормой о реституции, составляет существо регулирования российским правом отношений из недействительных сделок и значительно отличает его в этом отношении от правопорядков европейских стран. Прежде всего термин "реституция", обычно применяющийся только к отношениям по возврату имущества, полученного по недействительной сделке (п. 2 ст. 167), является условным и требует уточнений. Во-первых, указанный в ст. 12 ГК РФ способ защиты - возврат сторон в положение, существовавшее до нарушения права (вытекающий из приблизительного перевода термина restitutio), отнюдь не выступает способом защиты, применяющимся при недействительности сделки. Недействительность сделки влечет только такую защиту, которая указана в ст. 167 и других нормах о недействительности сделок. Поэтому иные способы защиты следует признать незаконными.
Например, рассматривая иск наследников коллекционера о признании недействительным договора дарения коллекции икон частным лицом (дарителем) Государственному музею изобразительных искусств имени А.С. Пушкина, суд признал сделку недействительной и решил передать коллекцию не стороне недействительной сделки, а "в наследственную массу". При этом суд обосновал решение тем, что он возвращает стороны в первоначальное положение. Указанный подход является примером неверного применения нормы ст. 167.
Во-вторых, следует иметь в виду, что в правопорядках других стран под реституцией понимаются не отношения по возврату полученного по недействительным сделкам, а иные отношения (из кондикции, из возврата исполненного по расторгнутому договору и др.). Поэтому употребление упомянутого термина требует известной осторожности.
В целом оправдать его сохранение можно лишь нуждами экономии, чтобы не указывать каждый раз "применение последствий недействительности сделки в виде возврата имущества". В таком понимании он будет использоваться далее в комментарии.
В точном смысле слова ст. 167 не образует нормы, а описывает лишь санкцию, причем применимую не к определенной недействительной сделке, а к любой недействительной сделке, поскольку закон не утверждает иное. Содержание ст. 167 оправдано тем, что большинство недействительных сделок все же влечет сходные или даже тождественные последствия.
Из ст. 167 вытекает, что сама по себе недействительная сделка не является, как уже говорилось, правонарушением (деликтом). Именно этим объясняется отсутствие в ст. 167 всякого упоминания об ответственности, вине, убытках.
2. В целом весь механизм применения последствий недействительности сделок применяется для защиты не столько права стороны сделки, сколько ее интереса. Поэтому расширительное толкование нормы ст. 167, в особенности - п. 2 ст. 167, не имеет оснований и не может применяться по аналогии для защиты нарушенных прав. Правила п. 2 ст. 167 должны толковаться в строгом смысле.
3. В ст. 167 предусмотрены два разных подхода к недействительности сделки. В п. 1 установлено, что из недействительной сделки не возникают права и обязанности. Речь идет о тех правах и обязанностях, о которых уже говорилось в комментарии к ст. 153 ГК РФ. Напомню, что в целом юридические последствия сделки можно разделить на три группы: 1) возникновение обязательств; 2) передача некоторых прав (права требования, исключительных прав, права на долю в общей собственности или в уставном капитале ООО) или установление некоторых, обычно ограниченных, вещных прав <1>; 3) иные эффекты, "связанность", секундарные права и т.п.
--------------------------------
<1> Право собственности одной сделкой не передается - для этого необходим юридический состав, обычно включающий в себя помимо сделки об отчуждении также передачу вещи или иной юридический факт.

При недействительности сделки не появляется ни одно из названных последствий, но их нужно различать для точного определения средств защиты.
Чаще всего сделка создает обязательства, и ст. 167 имеет в виду прежде всего такие сделки. В то же время правило п. 1 ст. 167 применимо к недействительной сделке, породившей обязательства, лишь до тех пор, пока обязательство не исполнено. Является беспредметным иск, направленный на отрицание обязанности оплатить купленную вещь, по причине недействительности договора купли-продажи, если оплата уже состоялась.
Иск о недействительности сделки, имеющий целью освободиться от обязательства, уместен в качестве встречного иска в споре об исполнении договора, поскольку должник полагает, что сделка недействительна. Однако если должник уже получил исполнение от другой стороны, он лишен возможности оспаривать сделку в силу правил, изложенных в п. 5 ст. 166, поскольку своими действиями подтвердил действие сделки.
Соответствующее поведение должника, кроме того, является злоупотреблением правом (на иск).
4. Некоторые нормы ГК РФ указывают на добросовестность лица как на извинительное заблуждение относительно действительности сделки, стороной которой оно является. В п. 1 ст. 167 внесено уточнение, что добросовестность применительно к оспоримой сделке увязывается не с признанием ее недействительной, а с осведомленностью о тех фактах, которые влекут ее недействительность. В то же время добросовестным, как и недобросовестным, лицо способно стать только в случае признания оспоримой сделки недействительной. Пока сделка действительна, ее сторона не может иметь этих качеств, а считается действующей законно.
5. В п. 2 ст. 167 говорится об иных последствиях, отличных от тех, которые указаны в п. 1, - возврате полученного (исполненного).
Наибольшее количество споров о недействительных сделках связано с применением п. 2 ст. 167 и состоит в требовании возврата исполненного по сделке.
Как видно из текста Кодекса, речь идет только о тех сделках, которые создали обязательства (ст. 307), причем эти обязательства были исполнены <1>. Правилом п. 2 ст. 167 охватываются наиболее распространенные в обороте обязательства - по передаче вещей, денег, выполнению работ, оказанию услуг. Иные виды обязательств, в том числе воздержание от действий, правилом п. 2 ст. 167 не регулируются, необходимо привлечение иных норм, о чем будет сказано далее.
--------------------------------
<1> Исполнение сделки обычно подразумевает исполнение обязательства, созданного сделкой. Для целей п. 2 ст. 167 допустимо говорить и о реальных договорах (дарение, заем). Исполнение односторонней сделки без обязательства (ранее приводился в пример раздел земельного участка) возможно, но такое действие собственного юридического значения не имеет и поглощается самим фактом сделки.

Для применения реституции не имеет значения, было ли исполнение обязательства надлежащим: возвращается все, фактически полученное в результате исполнения.
Хотя исполнение обязательств бывает самым разным, так как основано на договоре сторон, возврат исполненного может выступать только в виде возврата вещей или денег по правилам, изложенным в законе. Стороны по общему правилу не правомочны участвовать в определении способов и сроков возврата исполненного, указывать иных получателей имущества или иным образом отступать от нормы п. 2 ст. 167. Неправомерно также возлагать на сторону обязанности, не предусмотренные в законе (отремонтировать полученное имущество, вернуть его в первоначальное состояние и т.д.).
Стороны могут, впрочем, заключать как различные соглашения, полагая признание сделки недействительной условием по смыслу ст. 157, так и, например, соглашения об обеспечении обязанности из реституции. Суд может рассмотреть условия таких соглашений и включить их в резолютивную часть решения о присуждении возврата исполненного.
Независимо от позиции ответчика суд обязан одновременно с присуждением имущества истцу присудить соответствующее имущество и ответчику. Иными словами, возврат исполненного по сделке всегда является двусторонним, но не встречным (не обусловленным) возвратом исполненного другой стороной.
6. В случае признания недействительной оспоримой сделки, исполнение которой связано с осуществлением предпринимательской деятельности, стороны вправе установить последствия недействительности сделки иначе, чем указано в п. 2 ст. 167. Это соглашение не может затрагивать интересы третьих лиц и нарушать публичные интересы.
Такое соглашение возможно после признания сделки недействительной судом. Стороны не могут признать недействительной сделку своим соглашением. Не видится препятствий, однако, для заключения в суде мирового соглашения о последствиях недействительности, которое суд может рассмотреть при вынесении решения о недействительности сделки и которое может приобрести силу не ранее решения о недействительности сделки. Имущество, передаваемое по такой сделке, надо полагать, передается по общим нормам ГК РФ, а не по норме п. 2 ст. 167, а возникающие из такого соглашения обязательства являются обязательствами договорными. В частности, применимыми представляются положения Кодекса о купле-продаже, мене и т.д. Стороны могут предусмотреть и встречное исполнение в порядке ст. 328 ГК РФ.
Имущество, полученное по недействительной сделке, может стать предметом обсуждения в указанном соглашении таким образом, что основание его получения будет квалифицироваться как законное, если оно не будет подлежать возврату.
7. Отношения по возврату исполненного (п. 2 ст. 167) имеют природу личных относительных прав, близких к обязательствам. В силу п. 3 ст. 307.1 ГК РФ к отношениям, связанным с применением последствий недействительности сделки (§ 2 гл. 9 ГК РФ), применимы общие положения об обязательствах, поскольку из существа отношений по возврату исполненного не вытекает иного. Видимо, исходя из его действия это правило относится именно к отношениям, указанным в п. 2 ст. 167, но не к тем последствиям, которые указаны в п. 1 ст. 167.
Для применения правила п. 3 ст. 307.1 следует определить специфику отношений по возврату исполненного. Очевидно, что эта специфика объясняется тем, что отпало, обнаружило свою недействительность основание ранее совершенного исполнения, и удержание исполненного другой стороной становится незаконным, в частности, владелец вещи, полученной по недействительной сделке, квалифицируется как владелец незаконный. Следовательно, обязанность вернуть исполненное вытекает из незаконности его получения. Ничем иным эта обязанность не обусловлена. Стало быть, применение нормы ст. 327.1, 328 к отношениям из п. 2 ст. 167 представляется лишенным оснований (кроме случаев, указанных в п. 5 комментария).
Высказываемое некоторыми юристами предложение полагать обязанность по возврату исполненного встречным (обусловленным) обязательством не находит подтверждения в п. 3 ст. 307.1 именно по той причине, что оно не соответствует природе реституции. С практической точки зрения оно ставит истца в невыгодное положение, заставляя его сначала исполнить свою обязанность по реституции, чтобы требовать исполнения от ответчика. Для восстановления баланса применимы известные процессуальные (но не материально-правовые) средства - штрафы или иные меры принуждения в рамках исполнительного производства к неисправному должнику.
В то же время к обязанностям по возврату исполненного применимы такие нормы об обязательствах, как нормы об уступке права, прекращении обязательств (обычно применимых на стадии исполнения), так как они не вступают в противоречие с природой этих обязанностей.
8. Стороны не обязаны доказывать принадлежность им присуждаемых вещей <1>. Как уже говорилось в п. 2 комментария к данной статье, иском по ст. 167 защищаются не права, а интересы, поэтому и спор в рамках п. 2 ст. 167 не является спором о правах. Как исключение из этого правила сформулирована рекомендация, что присуждение недвижимого имущества по реституции служит основанием для изменения записи в ЕГРП (п. 52 Постановления N 10/22). В то же время если имущество зарегистрировано на вещном праве за ответчиком, истец вправе одновременно с иском в порядке ст. 166, 167 ГК РФ заявить и требование о признании вещного права. Такая защита выходит за рамки применения последствий недействительности сделки и поэтому регулируется уже правилами о защите вещных прав (в частности, истцу все же нужно будет доказать принадлежность ему вещи).
--------------------------------
<1> См.: п. 81 Постановления N 25; п. 3 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 N 126).

Точно так же возможен и иск о признании исключительного права, права требования, направленный на устранение правовой неопределенности и заявляемый одновременно с иском о признании сделки недействительной. Такой иск регулируется не ст. 166, а ст. 12 ГК РФ.
9. В рамках требований на основании п. 2 ст. 167 добросовестность получателя имущества не имеет значения <1>. Если истец, ссылаясь на свое вещное право и на то, что вещь получена владельцем по недействительной сделке, требует имущество от владельца, применяются правила не ст. 167, а ст. 301, 302 ГК РФ, т.е. спор рассматривается в порядке не реституции, а виндикации, соответственно добросовестность имеет значение (п. 34 Постановления N 10/22). Наиболее практически пригодным критерием определения природы спора и применимых правил выступает способ приобретения имущества (по недействительной сделке в любом случае) ответчиком: если вещь получена от истца как стороны этой недействительной сделки, налицо спор о реституции, а если вещь поступила ответчику не от истца, то это спор о виндикации.
--------------------------------
<1> На самом деле добросовестность приобретателя и не возникает, так как это качество характеризует отношения приобретателя вещи не со стороной недействительной сделки, а с собственником, который в сделке не участвует.

10. Если вещь утрачена стороной сделки <1>, в удовлетворении иска о реституции (в отличие от виндикации) не может быть отказано. В этом случае взыскивается стоимость вещи.
--------------------------------
<1> Под утратой вещи следует понимать один из трех фактов: гибель вещи, утрату идентичности, передачу третьему лицу.

11. Обнаружение утраты вещи в процессе рассмотрения дела дает основания для изменения предмета иска: вместо требования о выдаче вещи заявляется требование о взыскании стоимости в том же деле. Доказывание стоимости вещи обычно облегчается тем, что стоимость была установлена сделкой в виде цены (кроме случаев пороков воли, затрагивающих предмет сделки). Несмотря на ничтожность сделки, она сохраняет юридическое значение в некоторых отношениях, в том числе в части установления стоимости (среди других последствий недействительности сделки можно указать на признание долга как основание перерыва исковой давности, если такое признание включалось в сделку; подтверждение воли на передачу имущества для целей ст. 302 ГК РФ и др.).
12. Если обязательство из недействительной сделки состояло в передаче денег, выполнении работ, оказании услуг, суд взыскивает со стороны, получившей такого рода исполнение, денежную сумму. Весьма часто подлежат взысканию деньги (при утрате вещи либо если обязательство состояло в передаче денег, выполнении работ, оказании услуг), причем с каждой стороны сделки в размере фактически полученного исполнения.
Определенных правил на случай взыскания с каждой из сторон денег ст. 167 не содержит. Следовательно, в этом случае применяется в силу п. 1 ст. 1103 ГК РФ правило о неосновательном обогащении. Суд выясняет, какая из сторон обогатилась в ходе исполнения недействительной сделки, и взыскивает полученное обогащение в пользу другой стороны. Хотя арифметически расчет неосновательного обогащения может напоминать зачет, используются именно нормы о неосновательном обогащении, а не о зачете, хотя иногда указывают на теорию зачета для объяснения данного случая. Зачет является сделкой и не может совершаться судом. Неприменима в этом случае и сальдо-теория, созданная германской доктриной, поскольку германскому праву не известен механизм реституции (п. 2 ст. 167) в целом. Кроме того, привлечения указанных теорий и не нужно, поскольку вопрос достаточно ясно решен законом.
Субсидиарное применение нормы о неосновательном обогащении имеет значение для тех случаев, когда суд отказал в присуждении по реституции, хотя стороны и производили исполнение. Тем самым предполагается, что неосновательного обогащения не было <1>. Если после этого между сторонами возникнет спор о неосновательном обогащении в связи с передачей имущества по недействительной сделке, то в иске следует отказать, так как спор уже был рассмотрен судом, хотя бы и без указания на норму ст. 1102 ГК РФ.
--------------------------------
<1> Пункт 55 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7).

13. Из правила п. 2 ст. 167 законом могут быть сделаны исключения, как это видно из самого текста нормы. Таким исключением следует считать, в частности, случай, закрепленный ст. 461 ГК РФ: если продана вещь, не принадлежавшая продавцу (чужая вещь), которая затем была отсуждена у покупателя, то при условиях, указанных в ст. 461, продавец должен возместить покупателю убытки <1>. И хотя, конечно, продажа чужой вещи - ничтожная сделка, продавец все же не вправе ссылаться на общее правило п. 2 ст. 167, не предусматривающее взыскания убытков, поскольку в данном случае налицо исключение из этого общего правила. Однако поскольку сделка о продаже чужой вещи недействительна и ее последствия урегулированы законом, стороны не правомочны изменить в своем договоре эти последствия, в частности исключить или ограничить ответственность за отсуждение вещи (эвикцию), но могут установить меры по обеспечению этой ответственности (поручительство, залог, банковская гарантия и пр.).
--------------------------------
<1> См. также: п. 43 Постановления N 10/22.

14. Если недействительная сделка была направлена не на создание обязательства, а на передачу права (передачу права требования, доли в общей собственности, исключительного права и т.п.), исполнения сделки в части передачи права не происходит: право переходит в силу самой сделки по указанию закона. Моментом перехода права может быть как сама сделка (по умолчанию), так и любой факт, с которым стороны связали переход права (например, при цессии разумно связывать переход права требования с моментом платежа <1>). Когда переход права нуждается в регистрации, право возникает у получателя вместе с регистрацией. Но в любом случае никакого действия по исполнению обязательства о передаче права не производится, как не существует и никакого обязательства по передаче права.
--------------------------------
<1> См., например: п. 5 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 54.

При недействительности упомянутой сделки требование о возврате права не заявляется, поскольку право не перешло из-за недействительности сделки. Но для правовой ясности допустим иск о признании права (ст. 12 ГК РФ), причем заявитель иска должен будет обосновать свое право, так как сам этот иск выходит за рамки ст. 167 и является иным средством защиты права.
В то же время право может быть прекращено к моменту спора (право из обязательства (право требования) исполнено добросовестным должником, вещь в общей собственности погибла, истек срок действия исключительного права и т.п.). В данной ситуации иск о признании права не подлежит удовлетворению, но и никакая компенсация (стоимость) права, бывшего предметом недействительной сделки, тем не менее не взыскивается.
Следует иметь в виду, что получатель права по недействительной сделке, очевидно, имел имущественный интерес в его приобретении: изготовление и реализация медицинского препарата, защищенного патентом, получение исполнения от должника по обязательству в объеме полученного права требования и т.д.
Но имущественную выгоду от использования упомянутого права сторона в сделке обрела в результате собственных действий, а не от другой стороны в сделке. Поэтому указанная выгода - полученное имущество не является исполнением недействительной сделки и не подпадает под правила ст. 167. В этой ситуации применимы общие нормы о неосновательном обогащении. По точному смыслу применение норм о неосновательном обогащении основывается не на п. 1 ст. 1103 ГК РФ, так как в данном случае нет исполнения сделки сторонами, как указано в п. 1 ст. 1103, а непосредственно на общем правиле ст. 1102 ГК РФ. Практического значения это различие, впрочем, не имеет.
Если при передаче прав возникали также и обязательства, прежде всего по передаче денег, то в этой части нормы о неосновательном обогащении применяются, они не вступают в противоречие с правилами п. 2 ст. 167.
Например, если автор получил 50 тыс. руб. гонорара, уступив издательству право на издание его романа по недействительному договору, а затем издательство, затратив на издание 250 тыс. руб., получило доход в 400 тыс. руб., его неосновательное обогащение составляет 100 тыс. руб. (150 тыс. руб. за минусом полученного автором гонорара в 50 тыс. руб.). Такой расчет не противоречит смыслу п. 2 ст. 167.
15. Сделки, создающие разного рода "связанность" (уполномочие, опционы и пр.), секундарные права, оспариваются в рамках п. 1 ст. 167, но не для целей реституции, так как они не создали обязательств и не могли исполняться.
Так же оспариваются и иные сделки, не создавшие обязательств, - сделки об установлении вещных прав (сервитут и др.), о прекращении обязательств (зачет, новация, прощение долга), об изменении или прекращении договора.
16. Статья 167 содержит новое правило, относящееся главным образом к антисоциальным сделкам (ст. 169 ГК РФ). Ранее санкция этой нормы выпадала из общих правил о последствиях недействительности сделки (например, утрата исполненного не квалифицировалась вовсе и т.д.). Новое правило состоит в том, что суд вправе отказать в реституции, если она противоречит основам правопорядка и нравственности. Имеется в виду в первую очередь сделка по возврату исполненного, которого требует истец (независимо, впрочем, от наличия спора о недействительности этой сделки). Передача судом в порядке реституции полученного по иным недействительным сделкам имущества, разрешенного к обороту, сама по себе не может затрагивать основ правопорядка и нравственности, кроме тех случаев, когда налицо определенные качества имущества, оборот которого подрывает основы правопорядка и нравственности (яды, радиоактивные материалы, поддельные документы, порнография и т.п.). Впрочем, и в этих ситуациях следует говорить прежде всего об антисоциальности самой сделки.
17. Исполнение обязательства, возникшего из недействительной сделки, является надлежащим исполнением, поскольку оно соответствует условиям договора. Незаконность сделки дает основания для оспаривания сделки, но не для признания исполнения ненадлежащим (в том числе признания обязательства неисполненным). Незаконность исполнения означает только нарушение должником условий, установленных законом и договором (хотя бы и недействительным) для исполнения обязательства (в частности, условий о месте, способе исполнения и т.п.), и может повлечь лишь признание исполнения ненадлежащим. При этом спор о неисполнении (ненадлежащем исполнении) возможен только по иску кредитора.
Поскольку договор не является ничтожным и не признан недействительным в случае его оспоримости, должник не вправе ссылаться на его недействительность с целью отказа от исполнения обязательства.
Признание договора недействительным влечет освобождение должника от обязательства, а также от ответственности за неисполнение (ненадлежащее исполнение).

Безымянная страница
Образцы договоров:
Формы договоров: Добровольное страхование
Формы договоров: аренда, лизинг, прокат
Образцы договоров: Страхование
Другие шаблоны договоров:
Вопрос - ответ:

Copyright 2009 - 2019 гг. Образцы договоров. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!