Статья 333. Уменьшение неустойки

Комментарий к статье 333

1. Статья 333 ГК РФ позволяет суду снижать неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения. Это правило характерно для многих европейских правопорядков и отражено в международных актах унификации частного права (п. 2 ст. III.-3:712 Модельных правил европейского частного права, ст. 7.4.13 Принципов УНИДРУА).
1.1. Исходя из толкования п. 1 ст. 333 ГК РФ, суд вправе уменьшить неустойку по собственной инициативе (ex officio), если должником, обязанным к ее уплате, является лицо, не осуществляющее предпринимательскую деятельность. В ситуации, когда таким должником является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, снижение неустойки возможно только по заявлению такого лица. ВС РФ в Постановлении Пленума от 24 марта 2016 г. N 7 уточнил смысл этих норм, указав, что правило о снижении неустойки исключительно на основе заявления должника распространяется и на те случаи, когда должником является некоммерческая организация, если нарушенное ею обязательство было связано с осуществлением такой организацией приносящей доход деятельности (п. 71 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7).
1.2. Согласно п. 71 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7 в тех случаях, когда в силу ст. 333 ГК РФ допускается снижение неустойки по инициативе суда, последний должен вынести вопрос о соразмерности неустойки на обсуждение сторон (ст. 56 ГПК РФ, ст. 65 АПК РФ). При этом из смысла этого института вынесения на обсуждение следует, что суд не связан той позицией, которую может занять по данному вопросу должник. Даже если должник при обсуждении вопроса о соразмерности неустойки не выразит поддержку идее о несоразмерности неустойки (например, из-за своей неявки в суд), это не препятствует суду снизить неустойку, если из материалов дела ему очевидно, что неустойка явно несоразмерна.
1.3. Заявление о применении ст. 333 ГК РФ должно быть подано только в период рассмотрения дела в первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (п. 72 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7).
Если уменьшение неустойки допускается по инициативе суда, то вопрос о таком уменьшении может быть также поставлен на обсуждение сторон судом апелляционной инстанции независимо от перехода им к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (п. 72 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7).
Основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам ст. 333 ГК РФ, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относится нарушение требований п. 6 ст. 395 ГК РФ, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного п. 1 ст. 395 ГК РФ, или уменьшение неустойки при отсутствии заявления в случаях, установленных п. 1 ст. 333 ГК РФ (п. 72 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7).
1.4. Заявление ответчика о применении ст. 333 ГК РФ не может расцениваться как согласие ответчика с наличием долга перед истцом либо факта нарушения обязательства (п. 71 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7). Соответственно, ответчик может использовать ссылку на ст. 333 ГК РФ в качестве элемента "альтернативной аргументации", оспаривая, например, сам факт нарушения договора, но оговаривая при этом, что, если суд с ним не согласится в этом вопросе, неустойка в любом случае является несоразмерной.
1.5. Норма комментируемого пункта о том, что неустойка, подлежащая уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, может быть снижена только по его заявлению, должна применяться и тогда, когда такое лицо, не являясь ни коммерческой организацией, ни индивидуальным предпринимателем, выступает стороной договора, который носит сугубо предпринимательский характер по своей сути. Речь идет прежде всего о договорах, заключаемых физическими лицами, являющимися собственниками того или иного бизнеса (акционерами АО или участниками ООО), в связи с реализацией или отчуждением своих корпоративных прав, а также физическими лицами, приобретающими корпоративный контроль. Если, например, бизнесмен заключает соглашение участников ООО со своими партнерами, то, хотя он как сторона и не обладает формальным статусом лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, тем не менее речь идет о сделке, носящей сугубо коммерческий характер. Соответственно, патернализм, проявляемый законодателем в виде предоставления суду права снизить согласованную таким бизнесменом неустойку без его заявления, в подобных случаях абсолютно неоправдан. В то же время здесь следует учитывать весь комплекс обстоятельств. В конкретных случаях договор хотя и направлен на распоряжение акциями или долей в ООО, может не носить предпринимательский характер для соответствующей стороны (например, при отчуждении наследником полученной им по наследству доли в ООО сразу после вступления в наследство).
1.6. Основанием для снижения неустойки является явное несоответствие ее размера последствиям нарушения договора. К последствиям нарушения договора относятся прежде всего убытки, возникающие у кредитора в связи с нарушением, и иные неблагоприятные последствия нарушения.
В судебной практике отражены два подхода к решению вопроса об обстоятельствах, подлежащих учету при применении ст. 333 ГК РФ. Согласно первому из них ничто, кроме самих последствий нарушения, значения при определении соразмерности неустойки не имеет. В частности, не имеют правового значения доводы должника о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения; о неисполнении обязательств его контрагентами как причине нарушения; о наличии задолженности перед другими кредиторами; о наложении ареста на денежные средства или иное имущество; о непоступлении денежных средств из бюджета; о добровольном погашении долга полностью или в части на день рассмотрения спора; о выполнении должником социально значимых функций; о наличии у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, процентов по договору займа); о том, что выплата неустойки в полном размере может повлечь неблагоприятные последствия для третьих лиц, не являющихся стороной данных правоотношений, и т.п. (см. Обзор судебной практики ВС РФ за третий квартал 2012 г. (утв. Президиумом ВС РФ 26 декабря 2012 г.), п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7; Постановление Президиума ВАС РФ от 13 января 2011 г. N 11680/10).
Второй подход задает менее строгие критерии при определении явной несоразмерности и позволяет суду (вопреки букве ст. 333 ГК РФ) учитывать некоторые обстоятельства, не относящиеся напрямую к последствиям нарушения. Так, например, согласно п. 42 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 при оценке соразмерности неустойки судом могут приниматься во внимание, в частности, обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства (цена товаров, работ, услуг; сумма договора и т.п.). Это разъяснение теперь отменено в связи с изданием Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7, но в свое время оно внесло значительную сумятицу в практику применения ст. 333 ГК РФ, открыв перед судами широкий простор для учета практически любых обстоятельств. В практике также долгое время было распространено снижение неустойки по причине превышения неустойкой суммы основной задолженности (Постановления Президиума ВАС РФ от 24 июня 1997 г. N 250/97; от 8 июля 1997 г. N 1387/97; от 23 сентября 1997 г. N 402/97; от 3 февраля 1998 г. N 2423/96 и др.). В то же время достаточно вольный подход к оценке соразмерности встречается и в более поздней практике высших судов. Так, согласно Постановлению Президиума ВАС РФ от 17 декабря 2013 г. N 12945/13 в качестве обоснования явной несоразмерности неустойки можно приводить в том числе доводы о чрезмерности санкций по сравнению с законной либо обычно взимаемой по государственным контрактам неустойкой. Кроме того, согласно п. 11 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом ВС РФ 22 мая 2013 г.), суд, решая вопрос об уменьшении размера подлежащей взысканию неустойки, должен принимать во внимание конкретные обстоятельства дела, в частности соотношение сумм неустойки и основного долга; длительность неисполнения обязательства; соотношение процентной ставки с размерами ставки рефинансирования; недобросовестность действий кредитора, связанных с принятием мер по взысканию задолженности; имущественное положение должника; непринятие банком своевременных мер по взысканию кредитной задолженности; наличие на иждивении ответчика неработающей супруги и малолетнего ребенка.
Более правильным является первый, более строгий и соответствующий букве ст. 333 ГК РФ подход. При оценке несоразмерности неустойки необходимо сопоставлять неустойку и убытки кредитора. Иные обстоятельства выступать в качестве достаточного основания для снижения неустойки по ст. 333 ГК РФ сами по себе не могут. В частности, неустойка в конкретных обстоятельствах может быть вполне соразмерной убыткам, даже если она выше размера долга. Привязка же пени к цене всего договора сама по себе ничего не говорит о соразмерности начисленной таким образом неустойки последствиям нарушения. В равной степени тот факт, что неустойка установлена договором на уровне, который значительно выше обычно встречающегося в соглашениях такого рода, сам по себе не является достаточным основанием для снижения неустойки, так как в конкретной ситуации убытки кредитора могут быть вполне соразмерны такой необычно высокой неустойке. В то же время некоторые из указанных доводов (например, соотношение неустойки и размера долга, нестандартно высокий характер неустойки по сравнению с обычной договорной практикой и т.п.) могут приводиться должником в качестве аргументов в пользу несоразмерности неустойки и лечь в основу решения о снижении неустойки, но только если кредитор не приведет контраргументы о соразмерности такой неустойки реальным или обычно возникающим в такого рода случаях убыткам (см. п. 1.7 комментария к настоящей статье).
1.7. При этом тот факт, что должник нарушил договор умышленно и недобросовестно, имея все возможности исполнить обязательство, но цинично проигнорировав свои обязательства, может являться аргументом в пользу отказа суда от применения ст. 333 ГК РФ на основании п. 4 ст. 1 ГК РФ (никто не вправе извлекать выгоду из своего неправомерного и недобросовестного поведения). Этот подход пока в практике высших судов не отражен, но является разумным и справедливым.
1.8. Бремя доказывания несоразмерности неустойки лежит на должнике (см. Определения КГД ВС РФ от 24 февраля 2015 г. по делу N 5-КГ14-131, от 29 октября 2013 г. N 8-КГ13-12, а также п. 11 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом ВС РФ 22 мая 2013 г.), п. 73 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7. При этом, так как должник, как правило, не владеет информацией о размере реальных убытков кредитора, бремя доказывания считается реализованным, если должник представит доказательства или аргументы в пользу того, что размер неустойки явно выше суммы убытков, которые обычно возникают в такого рода ситуациях и могли быть предвидимы. В судебной практике имеются примеры, когда суд снижает неустойку при абсолютной очевидности того, что нарушение договора не могло повлечь сколько-нибудь значительных убытков (Постановление Президиума ВАС РФ от 1 июля 2014 г. N 4231/14).
Если должник привел такие доказательства и аргументы, бремя их опровержения переносится на кредитора. При этом кредитор с целью подтверждения соразмерности неустойки может как доказывать свои фактические убытки, так и опровергать доводы должника об обычно возникающих в случае таких нарушений убытках. Как указывается в п. 74 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7, "возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (п. 1 ст. 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.)".
1.9. При отсутствии оснований для привлечения должника к ответственности за нарушение обязательства суд отказывает в иске о взыскании неустойки на основании ст. 401 ГК РФ (п. 2 ст. 330 ГК РФ). Статья 333 ГК РФ применению в таких случаях не подлежит (п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 декабря 2011 г. N 81).
1.10. Безакцептное списание кредитором неустойки со счета должника, а равно зачет суммы неустойки в счет суммы основного долга и (или) процентов не лишает должника права ставить вопрос о применении положений ст. 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне списанной суммы на основании правил о неосновательном обогащении (п. 79 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7).
1.11. Если подлежащая уплате неустойка перечислена должником добровольно, он не вправе требовать уменьшения ее суммы по ст. 333 ГК РФ, так как это противоречило бы принципу эстоппель и запрету на недобросовестное противоречивое поведение. Исключением является ситуация, когда перечисление неустойки не было фактически добровольным, в частности совершено под влиянием кредитора, злоупотребляющего своим доминирующим положением (п. 79 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7). В такой ситуации должник, уплативший неустойку, может требовать ее возврата в соответствующей части по правилам о неосновательном обогащении.
1.12. Если кредитором заявлены требования о взыскании неустойки, установленной в договоре в виде штрафа за сам факт попадания в просрочку, и одновременно пеней за каждый день такой просрочки, а должник просит уменьшить состоящую из этих двух элементов неустойку на основании ст. 333 ГК РФ, суд рассматривает вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств, исходя из общей суммы штрафа и пеней (п. 80 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7)
1.13. При оценке судом соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ). В связи с этим доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период. Эти очень разумные разъяснения закреплены в п. 75 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7.
При введении этих разъяснений ВС РФ, видимо, вполне осознанно не отменил положения п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 декабря 2011 г. N 81. Согласно данному пункту при отсутствии в деле доказательств о средних ставках по кредитам суду следует считать нижним порогом снижения пени, установленной за просрочку денежного обязательства, двукратную величину ставки рефинансирования Банка России. Снижение неустойки ниже таким образом определенного порога снижения возможно только в исключительных случаях и не ниже однократного значения ставки рефинансирования. Системное толкование Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7 и этих разъяснений ВАС РФ от 2011 г. приводит к выводу, что как минимум для сугубо коммерческих споров и иных споров, рассматриваемых в системе арбитражных судов, нижним порогом снижения неустойки (за вычетом каких-то исключительных случаев) при отсутствии доказательств средних размеров ставок по кредитам будет являться двойная ставка рефинансирования ЦБ РФ (с 2016 г. - ключевая ставка ЦБ РФ).
1.14. При этом ВС РФ закрепил сейчас четкое разъяснение, согласно которому снижение пени, установленной в договоре за просрочку в исполнении денежного обязательства, ниже ставки, определяемой по правилам п. 1 ст. 395 ГК РФ (сейчас - ключевая ставка), в принципе не допускается (абз. 3 п. 72 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7). Ранее ВС РФ давал похожие разъяснения о недопустимости снижения пени ниже ставки рефинансирования (см. п. 11 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утв. Президиумом ВС РФ 22 мая 2013 г.).
В то же время этот нижний предел не применяется к неустойкам, установленным за нарушение неденежного обязательства (п. 76 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7).
1.15. При взыскании судом пени "на будущее", т.е. до фактического исполнения присужденного судом основного обязательства, снижение неустойки по ст. 333 ГК РФ осуществляется посредством снижения размера ставки такой неустойки.
1.16. Статья 333 ГК РФ подлежит применению в том числе и к законной неустойке (п. 78 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7).
1.17. Статья 333 ГК РФ подлежит применению по аналогии закона и к задатку. При взыскании двойной суммы задатка со стороны, ответственной за неисполнение договора, суд вправе по заявлению ответчика уменьшить половину указанной суммы в соответствии с положениями ст. 333 ГК РФ. Сторона, давшая задаток, также вправе ставить вопрос о применении в отношении суммы задатка, оставшегося у другой стороны, положений ст. 333 ГК РФ, в том числе путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне удерживаемого на основании правил о неосновательном обогащении (см. п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 декабря 2011 г. N 81).
1.18. В Постановлении Президиума ВАС РФ от 15 июля 2014 г. N 5467/14 было признано, что в договоре, предусматривающем поэтапное выполнение работ, пени в виде некоего процента от цены всего договора, а не просроченного этапа выполнения работ могут быть заблокированы по правилам ст. 428 ГК РФ, если такое условие было навязано слабой стороне договора. В Определении КЭС ВС РФ от 6 октября 2016 г. N 305-ЭС16-7657 этот подход был развит: здесь ВС РФ признал неправомерным такое условие вне какой-либо связи со ст. 428 ГК РФ и неравенством переговорных возможностей и прямо указал, что восстановление баланса интересов сторон за счет использования судом ст. 333 ГК РФ не является достаточной мерой.
Такой подход не выдерживает критики. Формула определения неустойки может быть привязана к любому показателю. Более того, неустойка в принципе может быть выражена в абсолютных цифрах (например, какая-то фиксированная сумма за каждый день просрочки). В таких условиях категорическое неприятие самой возможности использования в формуле расчета неустойки всей цены договора, а не просроченной части обязательств нелогично. Если итоговая сумма, определяемая путем применения соответствующей формулы, не оказывается явно несоразмерной последствиям нарушения, то у суда и нет оснований вмешиваться. Нередко убытки от просрочки в исполнении одной из частей обязательства могут быть намного выше, чем номинальная стоимость самой этой части (например, просрочка в передаче определенной части товара может лишать покупателя возможности использовать ранее полученные партии). И тогда привязка формулы неустойки к цене всего договора оказывается вполне оправданной. Если же такая формула расчета приводит к начислению итоговой суммы неустойки, которая оказывается явно несоразмерной последствиям нарушения, то суд может вмешаться по правилам ст. 333 ГК РФ при наличии условий для применения данного инструмента ограничения свободы договора.
1.19. Статья 333 ГК РФ является императивной. Положения договора, ограничивающие право суда снизить неустойку, являются незаконными и ничтожными (п. 69 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7). В равной степени не препятствует суду снизить неустойку и установление в договоре нижнего предела неустойки (п. 70 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7). Иначе говоря, стороны не могут ни заблокировать, ни так или иначе ограничить право суда снизить неустойку.
2. Пункт 2 ст. 333 ГК РФ устанавливает важное правило о том, что договорная неустойка, подлежащая взысканию с лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, может быть снижена только в исключительных случаях, если доказано, что взыскание такой неустойки будет влечь получение кредитором необоснованной выгоды. Тем самым законодатель хочет подчеркнуть, что суды должны дифференцировать патернализм и применять его в целях защиты интересов коммерсанта намного осторожнее и сдержаннее, чем в случаях взыскания договорной неустойки с лица, не осуществляющего предпринимательскую деятельность. Ключевое значение здесь имеет не фактор "необоснованной выгоды" (он, по сути, повторяет фактор несоразмерности, выражая его иными словами), а указание на исключительность снижения неустойки. Суд вправе снизить подобную неустойку, на уплату которой в случае своего нарушения при заключении договора добровольно согласился предприниматель, только при наличии крайне весомых дополнительных резонов. Это положение вытекает из конституционного статуса общего принципа свободы договора, а также из того, что предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск и должна быть защищена от активного вовлечения судов в оценку условий заключаемых коммерсантами договоров. Активное вмешательство судов в сферу автономии воли сторон сугубо коммерческого договора неоправданно и неконституционно. В конечном счете договорная неустойка есть просто одно из финансовых условий договора (такое же, как цена, скидки, комиссии и т.п.).
Исключительность ситуации, позволяющая суду все же снижать договорную неустойку, подлежащую взысканию с лица, которое осуществляет предпринимательскую деятельность, налицо, в частности, когда: (а) явно несоразмерная неустойка была навязана слабой стороне договора (например, в ситуации ограниченной конкуренции, естественной или иной монополии) либо (б) размер неустойки вопиюще велик и выше всех разумных пределов настолько, что есть основания предполагать, что разумные предприниматели никогда бы не согласовали такой размер неустойки при отсутствии пороков воли и в условиях относительно равных переговорных позиций. Эти обстоятельства подлежат доказыванию должником.
При этом суд, снижающий договорную неустойку в такой ситуации, обязан обосновать в решении, в чем состоит исключительность данного случая. Суд не может просто констатировать исключительность ситуации и снизить неустойку по правилам ст. 333 ГК РФ, не приводя конкретные обстоятельства дела, которые очевидно свидетельствуют об исключительности ситуации. Отсутствие такого обоснования является основанием для отмены принятого решения.
2.1. В силу п. 77 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7 тот же ограничительный подход к снижению договорных неустоек применим к тем случаям, когда должником является некоммерческая организация, нарушившая договор, связанный с осуществлением ею приносящей доход деятельности.
2.2. Критерий исключительности должен применяться и тогда, когда должником является физическое лицо, но нарушенный договор по своей сути носит сугубо предпринимательский характер (см. п. 1.5 комментария к настоящей статье).
2.3. Следует обратить внимание на то, что применительно к ситуации, когда речь идет о законной неустойке, подлежащей уплате коммерсантом, фактор "исключительности" законодателем не упомянут. Это вполне логично, так как такая неустойка не подкреплена принципом свободы договора. В то же время фактор исключительности вполне оправданно постулируется в отношении неустойки, установленной в потребительском законодательстве и подлежащей уплате в пользу потребителя (п. 34 Постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2012 г. N 17). В данном случае этот фактор подкрепляется соображениями о необходимости дополнительного стимулирования коммерсантов к соблюдению прав потребителя.
3. Согласно п. 3 ст. 333 ГК РФ положения данной статьи не затрагивают право должника требовать уменьшения размера неустойки по правилам ст. 404 ГК РФ (вина кредитора), а также право кредитора требовать возмещения убытков в соответствии с правилами ст. 394 ГК РФ.
3.1. Если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон либо кредитор умышленно или по неосторожности способствовал увеличению суммы неустойки, размер ответственности должника может быть уменьшен судом в соответствии с положениями ст. 404 ГК РФ, а не по правилам ст. 333 ГК РФ (п. 81 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7).
3.2. В судебной практике ранее встречалась абсолютно неверная позиция, согласно которой неустойка в виде пени может быть снижена на основании совместного применения ст. ст. 333 и 404 ГК РФ в связи с тем, что кредитор долгое время не предъявлял должнику иск об исполнении обязательства и тем самым якобы сам способствовал возрастанию пени до соответствующего размера (см. п. 11 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утв. Президиумом ВС РФ 22 мая 2013 г.). С таким подходом ни в коей мере согласиться нельзя. Момент предъявления кредитором иска о взыскании долга никак не связан с последствиями нарушения обязательства и не может учитываться при применении ст. 333 ГК РФ. Также нет оснований для применения и ст. 404 ГК РФ: кредитор не может страдать от того, что он рассчитывал на добровольное погашение долга и шел навстречу должнику, воздерживаясь некоторое время от подачи иска в суд. В течение всего срока до момента подачи иска ничто не мешает должнику погасить долг в добровольном порядке. Соответственно, подача кредитором иска о взыскании долга (принуждении к исполнению иного нарушенного обязательства) в любой момент в пределах срока давности или расторжение договора после сколь угодно длительной просрочки никак сами по себе не могут влиять на объем ответственности ни по ст. 333, ни по ст. 404 ГК РФ в отношении неустойки, начисленной за период просрочки. В связи с этим крайне уместным выглядит следующее разъяснение, содержащееся в п. 81 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. N 7: "Непредъявление кредитором в течение длительного времени после наступления срока исполнения обязательства требования о взыскании основного долга само по себе не может расцениваться как содействие увеличению размера неустойки".
3.3. В отношении права кредитора требовать возмещения убытков наряду со взысканием неустойки см. ст. 394 ГК РФ и комментарий к ней.

Возможно вас заинтересует эти образцы, формы и шаблоны договоров:
Безымянная страница
Образцы договоров:
Формы договоров: Добровольное страхование
Формы договоров: аренда, лизинг, прокат
Образцы договоров: Страхование
Другие шаблоны договоров:
Вопрос - ответ:


Copyright 2009 - 2017 гг. Образцы договоров. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!