Статья 451. Изменение и расторжение договора в связи с существенным изменением обстоятельств

Комментарий к статье 451

1. Статья 451 ГК РФ устанавливает право стороны договора требовать расторжения или изменения договора при существенном изменении обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. В принципе, похожие правила знают и многие акты международной унификации договорного права (ст. III.-1:110 Модельных правил европейского частного права, ст. ст. 6.2.2 - 6.2.3 Принципов УНИДРУА).
1.1. При этом согласно п. 1 данной статьи такое право признается, если иное не предусмотрено договором. Из этого следует, что стороны договора могут прямо ограничить право на иск о расторжении или изменении договора при существенном изменении обстоятельств. В то же время представляется, что включение такого условия в договор с потребителем как слабой стороной договора должно блокироваться по правилам ст. 10 или ст. 428 ГК РФ.
1.2. Указание в норме п. 1 ст. 451 ГК РФ на право сторон согласовать иное означает также и то, что стороны могут включить в договор специальные механизмы расторжения или изменения договора при существенном изменении обстоятельств (например, право на односторонний отказ от договора или изменение его условий), изменить или дополнить предусмотренный в данной статье список оснований для расторжения (изменения) (например, исключить фактор непредвидимости), ограничить возможности по применению ст. 451 ГК РФ в отношении тех или иных обстоятельств, исключить возможность расторжения договора и допустить лишь право на изменение договора, предусмотреть подробные правила о порядке ведения переговоров об адаптации договора к изменившимся обстоятельствам и ответственность за уклонение от участия в таких переговорах. Как минимум, за исключением тех случаев, когда такие условия существенно ограничивают возможности потребителя использовать инструментарий, предусмотренный настоящей статьей, они должны признаваться судами.
1.3. В ряде случаев специальные нормы закона уточняют или подтверждают возможность применения ст. 451 ГК РФ к соответствующему поименованному договору. Например, согласно п. 6 ст. 709 ГК РФ "при существенном возрастании стоимости материалов и оборудования, предоставленных подрядчиком, а также оказываемых ему третьими лицами услуг, которые нельзя было предусмотреть при заключении договора, подрядчик имеет право требовать увеличения установленной цены, а при отказе заказчика выполнить это требование - расторжения договора в соответствии со статьей 451 настоящего Кодекса". Пункт 2 ст. 959 ГК РФ применительно к договору страхования гласит: "Страховщик, уведомленный об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, вправе потребовать изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска. Если страхователь (выгодоприобретатель) возражает против изменения условий договора страхования или доплаты страховой премии, страховщик вправе потребовать расторжения договора в соответствии с правилами, предусмотренными главой 29 настоящего Кодекса".
1.4. Абзац 2 п. 1 ст. 451 ГК РФ дает определение существенному изменению обстоятельств. Из этого определения следует важное отличие института расторжения (изменения) договора при существенном изменении обстоятельств от института невозможности исполнения, возникновение которого в силу ст. ст. 416 - 417 ГК РФ влечет автоматическое прекращение обязательства. Это отличие состоит в том, что при существенном изменении обстоятельств сохраняется возможность исполнения обязательства, и речь, по сути, идет о несправедливости исполнения договора на согласованных условиях.
1.5. Институт расторжения (изменения) договора при существенном изменении обстоятельств следует также отличать от освобождения должника от ответственности при возникновении непреодолимой силы. В первом случае речь идет об институте, позволяющем прекратить или изменить договорные обязательства, в то время как во втором - об институте, цель которого - освободить должника от ответственности (возмещения убытков, уплаты неустойки и т.п.).
1.6. Согласно п. 1 ст. 451 ГК РФ изменение обстоятельств должно быть настолько серьезным, что стороны, знай о нем заранее, не заключили бы договор вовсе или заключили бы его на принципиально иных условиях. Такое изменение может состоять, в частности, в том, что после заключения договора сильно возрастают издержки стороны на исполнение, и это делает договор убыточным для этой стороны, а также в том, что снижается объективная рыночная ценность обещанного встречного предоставления и опять же выявляется убыточность договора для истца. В обоих описанных случаях происходит нарушение рыночной эквивалентности встречных предоставлений. Но, в принципе, список возможных изменений обстоятельств, которые могут лишить сторону интереса в заключенном договоре, может быть очень длинным. Это и отпадение цели заключения договора (например, прекращение государственной программы или некоего связанного контракта, во исполнение которых спорный договор в свое время заключался); и существенное изменение нормативного регулирования соответствующей деятельности (например, повышение налогов или таможенных пошлин, введение лицензирования или квотирования и т.п.), и изменение обстоятельств, влияющих на значение страхового риска по договорам страхования (п. 2 ст. 959 ГК РФ), и многое другое.
1.7. Пункт 1 ст. 451 ГК РФ не оставляет сомнений в том, что соответствующие изменения должны произойти после заключения договора. Если соответствующие обстоятельства были налицо уже в момент заключения договора, ссылаться на них в качестве основания иска по ст. 451 ГК РФ нельзя. Спорным является вопрос о возможности применения ст. 451 ГК РФ в тех случаях, когда в момент заключения договора стороны не знали и не могли знать о том, что обстоятельства, из которых они исходили при принятии решения о необходимости заключении договора, резко изменились.
1.8. Из определения существенного изменения обстоятельств также вытекает, что соответствующее изменение должно иметь непредвидимый характер. Если стороны могли вполне предвидеть такое изменение, нет оснований для судебного вмешательства в договорные отношения (Определения КГД ВС РФ от 30 июля 2013 г. N 18-КГ13-70, от 5 июня 2012 г. N 18-КГ12-1 и др.).
При оценке предвидимости следует учитывать реальный статус контрагентов. Способности участников оборота предвидеть возможные будущие риски по определению ограниченны. Но суды должны оценивать то, насколько простительна недальновидность контрагентов при заключении договора.
Этот важный тезис имеет особое значение в отношении лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Такая деятельность осуществляется на свой риск. Соответственно, разумные коммерсанты должны учитывать при принятии решения о заключении договора и определении его условий возможные риски изменения экономических условий. Как минимум, если речь идет о рисках ухудшения экономической конъюнктуры, усиления инфляции, девальвации национальной валюты, финансового кризиса, обрушения биржевых показателей и биржевой паники, сильного экономического спада, то все подобные проблемы являются неотъемлемым элементом цикличного развития рыночной экономики и периодически происходят повсеместно (особенно в странах с нестабильной экономикой, к которым относится и Россия), о чем повествуют любые учебники экономической истории. Соответственно, разумные предприниматели, заключающие долгосрочный договор, должны адекватно оценивать такие естественные рыночные риски и учитывать их в цене или предусматривать в договоре механизмы адаптации контракта к изменениям таких условий. А неразумные коммерсанты не заслуживают особой патерналистской опеки со стороны судов.
Если, например, стороны заключают долгосрочный договор подряда с фиксированной ценой и не предусматривают механизмов адаптации цены к изменению цен на материалы и инфляции в целом, и при этом в ходе исполнения договора темпы роста цен на материалы находились в пределах тех значений, которые встречались в годы, предшествующие заключению договора, то у суда нет оснований для вторжения. Суд здесь может, в частности, применять следующий прием для прояснения стандарта прозорливости и осмотрительности. Если договор заключался на пять лет, суд может оценить, выходят ли значительно темпы роста цен на материалы за пределы того, что имело место в течение пяти лет, предшествующих заключению договора. Соответственно, нет оснований признать резкий разгон инфляции до уровня, который в последний раз встречался за два года до заключения договора, риском, игнорирование которого разумным предпринимателем может быть извинительно. Иначе говоря, чем выше уровень нестабильности и волатильности экономических условий, тем более высокий стандарт прозорливости и осмотрительности право может предъявлять к коммерсантам и тем реже должна применяться ст. 451 ГК РФ в отношении случаев тех или иных сугубо экономических пертурбаций. Так, например, резкая девальвация национальной валюты в два раза в странах со стабильными экономикой и курсом может вполне быть признана непредвиденным существенным изменением обстоятельств, в то время как такая же девальвация в стране, в которой курс валюты прочно привязан к цене на нефть и за последние 20 лет испытывал неоднократные существенные скачки, может быть расценена как вполне прогнозируемый риск.
В связи с этим следует поддержать сложившуюся в российской судебной практике тенденцию крайне осторожного применения ст. 451 ГК РФ по искам предпринимателей в ситуации, когда они пытаются положить в основу своего иска экономические проблемы, финансовые кризисы, инфляцию или девальвацию рубля и тому подобные изменения экономических условий. В большинстве случаев ВАС РФ и вслед за ним и арбитражные суды отказывали в таких исках со ссылкой именно на то, что соответствующее изменение разумный предприниматель вполне мог предвидеть при заключении договора (Постановления Президиума ВАС РФ от 13 апреля 2010 г. N 1074/10, от 16 марта 2010 г. N 15800/09, от 30 ноября 2010 г. N 9600/10, от 7 августа 2001 г. N 4876/01, от 6 октября 1998 г. N 249/98 и др.).
При этом в случаях, когда лицом, заявившим иск по ст. 451 ГК РФ, является не коммерсант, а, например, обыватель (в частности, в статусе потребителя), суд может применять значительно более низкий стандарт осмотрительности и дальновидности. Тот факт, что обычный гражданин, не выступающий в качестве профессионального предпринимателя, не учел тех или иных возможных в будущем изменений экономической конъюнктуры (например, резкой и глубокой девальвации рубля), имеет куда более простительный характер. Право не должно требовать от таких участников оборота всезнания и идеальной рациональности и может в ряде случаев протягивать таким гражданам, попавшим в катастрофическое положение из-за существенного изменения обстоятельств, руку помощи. Но и здесь суды должны проявлять сдержанность, так как нередко вторжения такого рода могут причинить другой стороне значительные убытки (см. подробнее п. 2.3 комментария к настоящей статье). Надо сказать, что Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ преимущественно воздерживается от применения ст. 451 ГК РФ даже тогда, когда речь идет не о коммерсанте, а о простом обывателе (Определения КГД ВС РФ от 16 августа 2016 г. N 57-КГ16-7 и от 13 сентября 2016 г. N 18-КГ16-102).
1.9. Из общего принципа добросовестности (п. 3 ст. 1 ГК РФ) вытекает, что иск о расторжении или изменении договора должен быть заявлен в разумный срок после того, как истец узнал или должен был узнать об изменении обстоятельств. Предъявление такого иска пусть и в пределах срока исковой давности, но по истечении нескольких лет после произошедших изменений является явным злоупотреблением правом.
1.10. В силу п. 1 ст. 405 ГК РФ должник отвечает перед кредитором за невозможность исполнения, возникшую после того, как должник попал в просрочку. Данное правило, как представляется, должно применяться по аналогии и в отношении ситуации существенного изменения обстоятельств. Применение этого правила по аналогии приводит к тому, что сторона теряет право требовать расторжения или изменения договора по ст. 451 ГК РФ, если соответствующее изменение произошло в период после того, как эта сторона впала в просрочку по своему обязательству. Ведь если бы эта сторона исполнила договор своевременно, изменение обстоятельств, вероятнее всего, не затронуло бы ее интересы. В принципе, есть все основания применять зеркальный подход в ситуации, когда такой иск желает предъявить кредитор по договорному обязательству, и при этом существенное изменение обстоятельств произошло после того, как такой кредитор впал в просрочку кредитора (ст. 406 ГК РФ), отказавшись, например, принимать предложенное ему надлежащее исполнение.
2. Пункт 2 ст. 451 ГК РФ перечисляет дополнительные условия, соблюдение которых необходимо для того, чтобы суд мог правомерно расторгнуть или изменить договор в ситуации непредвиденного существенного изменения обстоятельств. Все указанные в норме условия должны соблюдаться одновременно. Бремя доказывания их соблюдения лежит на том, кто требует расторжения или изменения договора (Постановление Президиума ВАС РФ от 14 октября 2008 г. N 5934/08, Определение КГД ВС РФ от 16 августа 2016 г. N 57-КГ16-7).
О каких же дополнительных условиях говорит п. 2 ст. 451 ГК РФ?
Во-первых, должно быть доказано, что данное изменение обстоятельств не было учтено сторонами при заключении договора. Если соответствующий риск рассматривался при заключении договора и учитывался сторонами, следовательно, он был предвидим, а если он был предвидим, то нет и оснований для расторжения или изменения договора. Так, например, нет оснований для применения ст. 451 ГК РФ в тех случаях, когда стороны в договоре предусмотрели механизмы адаптации договора к соответствующим изменениям (например, предусмотрели плавающие цены, коррекцию цены долгосрочного договора на коэффициент инфляции и т.п.). В некотором смысле это условие дублирует условие о непредвидимости, вытекающее из п. 1 ст. 451 ГК РФ.
Во-вторых, изменение обстоятельств должно носить такой характер, что причины таких изменений не могли быть преодолены истцом. Тут нужно учитывать возможность преодолеть возникшие обстоятельства за счет использования экономически обоснованных и разумных мер. Если, например, у подрядчика из-за резкого и значительного роста курса иностранной валюты существенно выросли издержки на закупку того или иного импортного материала, но он мог преодолеть эту проблему и сохранить рентабельность договора, переориентировавшись на использование идентичных по качеству российских аналогов, нет оснований применять ст. 451 ГК РФ.
В-третьих, изменение должно настолько подрывать баланс интересов сторон и причинять истцу такой ущерб, что он в значительной степени лишился бы того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора. Тут законодатель пытается еще раз подчеркнуть, что деструктивное влияние изменения обстоятельств на интересы истца должно быть очень существенным.
В-четвертых, из обычаев или существа договора не должно следовать, что риск изменения обстоятельств возлагается на истца. Так, например, многие алеаторные сделки (такие, например, как некоторые деривативы) имеют своей целью как раз распределение рисков в отношениях между профессиональными коммерсантами. В подобных случаях расторжение или изменение договора по правилам ст. 451 ГК РФ было бы не оправданно.
2.1. В ряде случаев из существа отношений очевидно, что именно истец является лучшим носителем соответствующего риска изменения обстоятельств, так как имеет больше возможностей застраховаться от данного риска. Например, банки в своих договорных отношениях с заемщиками, получающими валютные кредиты, имеют, как правило, возможность минимизировать свои валютные риски (за счет диверсификации своего кредитного портфеля или иным образом). Так, например, убытки банка по выданному валютному кредиту от падения курса иностранной валюты могут быть компенсированы его дополнительными доходами от того же падения иностранной валюты по привлеченным валютным вкладам. В таких ситуациях позволять банку, являющемуся лучшим носителем риска, расторгать или изменять договоры валютного кредитования было бы неправильно. Этот фактор судам необходимо учитывать при применении ст. 451 ГК РФ.
2.2. В пунктах 1 и 2 не указано прямо, но следует выделить еще одно условие, соблюдение которого необходимо для успеха в иске о расторжении (изменении) договора по ст. 451 ГК РФ. Его суть в том, что изменение обстоятельств должно носить внешний по отношению к истцу характер и находиться вне сферы его контроля. Последнее условие прямо закреплено в ст. 6.2.2 Принципов УНИДРУА. В принципе, намек на такой критерий можно увидеть в установленном в п. 2 критерии невозможности преодолеть причины изменения обстоятельств. Например, изменение стратегии развития компании-экспортера или закрытие филиала, для обеспечения деятельности которого была арендована некая недвижимость, неполучение необходимого разрешения государственного органа, сложное финансовое положение, возникшее из-за нарушения договоров контрагентами истца, и иные подобные обстоятельства никак не могут являться основанием для расторжения или изменения договора по ст. 451 ГК РФ.
2.3. Наконец, судам следует иметь в виду, что расторжение или изменение договора может, помогая одной из сторон выйти из крайне сложного положения, одновременно привести к возникновению серьезных проблем у другой стороны. Одно дело, если расторжение (изменение) договора просто лишит одну из сторон какой-либо сверхвыгоды, и совсем другое - если такое расторжение поставит контрагента перед лицом существенного реального ущерба. Резкий (например, в два раза) рост курса иностранной валюты может болезненно ударить по интересам арендатора по договору аренды, содержащему валютную оговорку: ему приходится платить рублевую сумму, которая может быть на порядок выше среднерыночного уровня арендной платы. Но если суд вторгнется в эти отношения и изменит договор, зафиксировав курс на уровне ниже текущего его состояния, это может облегчить положение арендатора, но одновременно разорить арендодателя, если он строил сданное в аренду здание на валютный кредит и ежемесячно рассчитывается по этому кредиту в иностранной валюте (что и спровоцировало его настоять на включении в договор аренды валютной оговорки для целей хеджирования валютного риска). Такое вторжение разрушит для арендодателя выбранный им механизм хеджирования валютного риска и может привести к банкротству из-за возникновения значительного кассового разрыва.
Другой пример: изменение договоров ипотечного или потребительского кредита, предоставленного и подлежащего возврату в иностранной валюте, в виде конвертации суммы долга в рубли по заниженному курсу в случае резкой девальвации рубля может причинить банку значительные убытки, если его валютная позиция сбалансирована и суммы выданных валютных кредитов соразмерны суммам привлеченных валютных кредитов или вкладов. В такой ситуации вторжение судов в целях защиты интересов попавшего в крайне сложное положение потребителя при отсутствии у банка возможности произвести соразмерные коррекции в договорах, по которым он привлек ту валюту, которую впоследствии предоставил потребителю в долг, будет не лишать банки какой-то сверхприбыли, а влечь для них прямые финансовые потери. В случае если валютные кредиты - это существенная часть активов конкретного банка, такие вторжения судов могут просто разорить банк и его вкладчиков и держателей счетов. В связи с этим важно отметить, что российские суды пока не спешат применять ст. 451 ГК РФ в целях защиты потребителей, привлекших валютные кредиты и пострадавших от падения курса рубля в 2 и даже 3 раза (Определение КГД ВС РФ от 16 августа 2016 г. N 57-КГ16-7 и от 13 сентября 2016 г. N 18-КГ16-102).
Как будет складываться практика по таким категориям дел дальше, покажет время. Но, на наш взгляд, в такого рода ситуациях суды должны быть особенно осторожны и по возможности воздерживаться от вторжения, дабы во имя спасения одного из контрагентов не поставить перед лицом существенного реального ущерба другого, либо вторгаться в отношения крайне аккуратно, стараясь не перебрасывать риск с одной из сторон на другую, а по справедливости его разделить между сторонами.
3. Согласно п. 3 ст. 451 ГК РФ суд при вынесении решения о расторжении договора на основании данной статьи по требованию любой из сторон должен определить последствия расторжения договора с точки зрения справедливого распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с исполнением договора. Это означает, что в ряде случаев расходы, понесенные одной из сторон в связи с исполнением, могут быть компенсированы ей полностью или в части на основании судебного решения, если того требует принцип справедливого распределения расходов. Представляется, что в таких случаях было бы справедливо, чтобы негативные последствия расторжения договора для сторон оказывались бы примерно одинаковыми. В соответствии с этим суд и должен определять сторону, которая должна возместить другой стороне ту или иную часть понесенных ею расходов.
3.1. Из формулировки п. 3 ст. 451 ГК РФ это не следует, но из общих принципов права вытекает, что суд при расторжении или изменении договора может предусмотреть ретроспективное расторжение или изменение договора. Иначе возникла бы явная несправедливость. Спор о расторжении (изменении) договора (с учетом предварительного соблюдения стадии досудебного урегулирования по правилам ст. 452 ГК РФ) может затянуться на достаточно долгий срок (иногда с учетом всех возможных судебных инстанций и риска возврата дела на новое рассмотрение - на годы), и все это время до вступления в силу финального решения сторона, которая столкнулась с непредвиденным существенным изменением обстоятельств, должна исполнять договор на изначально оговоренных условиях. В ряде случаев к моменту вступления в силу судебного решения срок договора может уже подойти к концу. Поэтому с целью решения этой проблемы суд должен иметь право указать в судебном решении, что договор будет считаться измененным или расторгнутым с определенного момента в прошлом. В ряде же других случаев суду, наоборот, должно быть позволено указать в качестве момента изменения или расторжения договора некий момент в будущем, отсрочив тем самым преобразовательный эффект своего решения (см. комментарий к п. 3 ст. 453 ГК РФ). Признают право суда указать в решении о расторжении договора в связи с существенным изменением обстоятельств точную дату, с которой договор будет считаться расторгнутым, и Модельные правила европейского частного права (п. 2 ст. III.-1:110), и Принципы УНИДРУА (п. 4 ст. 6.2.3).
4. Пункт 4 ст. 451 ГК РФ провозглашает расторжение договора основным способом реакции на существенное изменение обстоятельств и допускает вмешательство судов посредством изменения договорных условий только в исключительных случаях. Международные акты унификации права не знают такой иерархии средств защиты от изменения обстоятельств (ст. 6.2.3 Принципов УНИДРУА дает право суду выбирать между изменением или расторжением с учетом соображений разумности).
Выбранное российским законодателем решение может быть поставлено под сомнение. С учетом принципа favor contractus, который требует максимально возможной ориентации судебной практики на сохранение договоров в силе, было бы как минимум разумно исходить из того, что оба варианта реакции суда на иск по ст. 451 ГК РФ равноправны, и выбор должен делаться судом с учетом конкретных обстоятельств дела. Истцу же следует предоставить право заявить альтернативные требования (расторгнуть или изменить договор по усмотрению суда) или факультативные требования (например, требование изменить договор, а в случае если суд не согласится с таким решением проблемы - договор расторгнуть).

Возможно вас заинтересует эти образцы, формы и шаблоны договоров:
Безымянная страница
Образцы договоров:
Формы договоров: Добровольное страхование
Формы договоров: аренда, лизинг, прокат
Образцы договоров: Страхование
Другие шаблоны договоров:
Вопрос - ответ:


Copyright 2009 - 2017 гг. Образцы договоров. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!