Статья 316. Место исполнения обязательства

Комментарий к статье 316

1. Место исполнения обязательства является одной из ключевых характеристик надлежащего исполнения. Оно определяет не только пространственный, но отчасти и временной атрибут исполнения, поскольку обязательство считается исполненным в установленный срок, если в пределах этого срока исполнение предоставлено в надлежащем месте. В то же время очевидно, что вопрос о месте исполнения обязательства может вставать при исполнении далеко не всех обязательств: например, как правило, нет возможности говорить о месте исполнения негативного обязательства воздержаться от разглашения конфиденциальной информации; также сложно говорить о месте исполнения обязательства, связанного с приобретением доступа к "облачным сервисам" в Интернете, или обязательства по безналичному переводу денег.
1.1. Место исполнения может быть непосредственно определено законом (см., например, п. 3 ст. 497 ГК РФ), иным правовым актом или договором. Равным образом место исполнения может явствовать из обычаев или существа обязательства. Так, услуги, связанные с использованием соответствующих помещений (пользование бассейном, просмотр кинофильмов в кинотеатре и т.п.), очевидно, должны предоставляться по месту их нахождения. Местом исполнения обязательства по возврату движимого имущества арендодателю исходя из существа обязательства признается место, где имущество было получено арендатором (см. п. 36 информационного письма ВАС РФ от 11 января 2002 г. N 66).
Если место исполнения не может быть выявлено ни одним из названных выше способов, оно определяется в соответствии с правилами п. 1 ст. 316 ГК РФ.
1.2. По общему правилу (абз. 7 п. 1 ст. 316 ГК РФ) местом исполнения обязательства считается место жительства (нахождения) должника. Подобный подход сформировался исторически и является традиционным для большинства зарубежных правопорядков. Он отражен и в актах международной унификации частного права (п. 1 ст. 6.1.6 Принципов УНИДРУА, п. 1 ст. III.-2:101 Модельных правил европейского частного права).
1.3. Из приведенного общего правила ст. 316 ГК РФ устанавливает ряд изъятий (абз. 2 - 6 п. 1) относительно отдельных разновидностей обязательств.
Некоторые из них достаточно очевидны. Так, в отсутствие правил о месте исполнения обязательств, связанных с передачей недвижимости (абз. 2 п. 1 ст. 316 ГК РФ), общая привязка их исполнения к месту нахождения объекта недвижимости с необходимостью следовала бы из существа обязательства. Так что прямое упоминание этой привязки в комментируемой норме не вызывает сомнений.
1.4. Значительные проблемы возникают при применении положений п. 1 ст. 316 ГК РФ к обязательствам передать движимую вещь. С одной стороны, в п. 1 комментируемой статьи устанавливается в качестве места исполнения такого обязательства место хранения или изготовления вещи, если о таком месте извещен кредитор. С другой стороны, в том же пункте указывается, что место исполнения обязательства по передаче товара, предусматривающего перевозку, является место сдачи товара первому перевозчику, нанятому для доставки товара кредитору. Если вспомнить, что согласно общему правилу местом исполнения обязательства является место нахождения должника, возникает проблема разделения сфер применения этих трех правил.
Думается, можно предложить следующее решение.
Правило о месте хранения или изготовления вещи (если это место стало известно кредитору) логично применять только в случаях, когда договор явным образом или имплицитно предусматривает самовывоз, т.е. возлагает бремя транспортировки вещи от должника к кредитору на последнего. Может случиться, что договор предусматривает самовывоз, но не оговорен адрес, по которому должна осуществляться сдача-приемка. В такой ситуации и будет применяться это правило. При этом следует напомнить, что это правило касается только тех случаев, когда должником является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность. Если должником является лицо, не осуществляющее предпринимательскую деятельность, то местом исполнения будет место нахождения должника в соответствии с общим правилом.
Если договор предусматривает самовывоз, но кредитору неизвестно о месте хранения или изготовления вещи, он может явиться в положенный срок по месту нахождения должника и потребовать передачи вещи. Тут действует общее правило о месте нахождения должника как месте исполнения обязательства. Оно действует и тогда, когда должником является предприниматель.
Если договор предусматривает перевозку и возлагает бремя ее организации на должника, логично исходить из того, что местом исполнения обязательства будет место нахождения кредитора или иное место, куда товар должен доставляться по условиям договора. Применительно к такой ситуации буквальное применение нормы п. 1 ст. 316 ГК РФ о сдаче товара первому перевозчику как месте исполнения обязательства, когда обязательство "предусматривает перевозку", выглядит нелогично. Если договор возлагает на должника поиск перевозчика и организацию доставки товара, было бы крайне странно, если риск неисправности в транспортировке лежал бы на кредиторе. Предложенное выше решение в полной мере согласуется и с нормой п. 1 ст. 458 ГК РФ, согласно которой в случае, когда договор купли-продажи возлагает на продавца обязанность по доставке товара, обязанность продавца считается исполненной в момент вручения товара покупателю. Нормативно обосновать это решение, видимо, можно, апеллируя к существу отношений: такая возможность прямо указана в абз. 1 п. 1 ст. 316 ГК РФ.
Но где же должно применяться правило о месте сдачи товара первому перевозчику? Представляется разумным при ответе на этот вопрос обратиться к положениям п. 2 ст. 458 ГК РФ, согласно которым это место исполнения в контексте договора купли-продажи фиксируется в тех случаях, когда договор не предусматривает ни возложение бремени доставки на продавца, ни самовывоз (т.е. в тех случаях, когда в договоре имеется пробел в отношении деталей сдачи-приемки), но при этом сама необходимость перевозки не ставится под сомнение. Этот же подход, видимо, должен применяться и при толковании общих положений ст. 316 ГК РФ. Соответственно, указание в данной норме на "предусмотренную обязательством перевозку" следует толковать таким образом: речь здесь идет о ситуациях, когда необходимость перевозки товара либо прямо прописана в договоре, либо следует из несовпадения мест нахождения сторон, но ни договор, ни закон прямо не распределяют между сторонами бремя по организации перевозки. Получается, что в такой ситуации бремя нахождения и привлечения перевозчика будет лежать на должнике, но должник будет считаться исполнившим обязательство в момент сдачи товара этому перевозчику. Риск утери груза перевозчиком, случайной гибели или повреждения его в пути будет соответственно лежать на кредиторе (п. 1 ст. 459 ГК РФ применительно к купле-продаже).
Остается только отметить, что предложенные подходы к толкованию этих норм небесспорны, и однозначная судебная практика до сих пор не сложилась. Поэтому сторонам рекомендуется однозначно фиксировать вопрос о месте исполнения обязательства передать вещь в договоре.
Также надо обратить внимание на то, что применение этих общих правил п. 1 ст. 316 ГК РФ о месте исполнения обязательства по передаче товара вытесняется специальными нормами ГК РФ (например, ст. 458 ГК РФ о купле-продаже) и происходит только к отношениям по иным договорам, применительно к которым нет специальных правил на сей счет (например, обязанность подрядчика передать заказчику результат выполненных работ в виде созданной, переработанной или отремонтированной движимой вещи, обязанность комиссионера вернуть комитенту нереализованный товар и т.п.), а также к внедоговорным обязательствам (например, по возврату ошибочно полученных товаров на основании правил ГК РФ о неосновательном обогащении), если иное не следует из существа таких внедоговорных обязательств. В частности, при возврате ошибочно полученного товара неприменимы ни правила о месте хранения вещи (так как такое обязательство прямо не предусматривает самовывоз), ни выводимое нами из существа обязательств общее правило о месте нахождения кредитора (так как такое обязательство прямо не предусматривает доставку товара кредитору). Соответственно, в такой ситуации местом исполнения будет сдача товара первому перевозчику, нанимаемому должником для доставки кредитору.
1.5. Исторически сложившимся и традиционным для большинства правовых систем является установление особых правил определения места исполнения денежных обязательств - по месту жительства (нахождения) кредитора (п. 1 ст. 6.1.6 Принципов УНИДРУА, п. 1 ст. III.-2:101 Модельных правил европейского частного права).
Регламентация места исполнения денежного обязательства представлена в российском правопорядке двумя правилами.
Первое из них касается расчетов наличными деньгами. Абзац 5 п. 1 ст. 316 ГК РФ воплощает "классическое" установление - соответствующие обязательства подлежат исполнению в месте жительства (нахождения) кредитора в момент возникновения обязательства.
1.6. Второе правило в отношении денежных обязательств (абз. 6 п. 1 ст. 316 ГК РФ), появившееся с 1 июня 2015 г., говорит о месте исполнения денежного обязательства об уплате безналичных денежных средств. По букве закона такое обязательство должно быть исполнено в месте нахождения банка (его филиала, подразделения), обслуживающего кредитора, если иное не предусмотрено законом.
(а) Это предписание несколько неоднозначно. Применительно к безналичным расчетам вопрос о месте исполнения (как пространственной категории) не встает, поскольку безналичные расчеты осуществляются в электронной форме; речь, соответственно, нужно вести о моменте исполнения. И этот момент достаточно давно установлен в п. п. 9 - 10 ст. 5 Закона о национальной платежной системе, согласно которым при наличии у должника и кредитора общего банка моментом платежа является момент зачисления средств на счет кредитора, а в случае, когда у должника и кредитора разные банки, таким моментом является момент зачисления средств на корреспондентский счет банка кредитора. Последнее правило носит особенно важный характер, так как распределяет между сторонами риски неисправности привлеченных ими банков.
(б) Ранее существовавшая правоприменительная практика также в целом устойчиво считала моментом исполнения обязательства при безналичном переводе средств при несовпадении банков должника и кредитора момент зачисления денежных средств на корреспондентский счет банка, обслуживающего получателя (кредитора). Косвенно этот подход был отражен в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 19 апреля 1999 г. N 5.
Этот подход является разумным, справедливым и эффективным, так как возлагает на каждую из сторон риск банкротства выбранного ею банка. Если бы моментом платежа был момент списания денег со счета должника, риск неспособности банка должника перевести эту сумму в банк кредитора лежал бы на кредиторе, что крайне странно и противоречит общему правилу о несении должником ответственности за действия привлеченных им к исполнению лиц (ст. 403 ГК РФ). Зеркальная аномалия имела бы место, если общим правилом было бы признание моментом платежа зачисление средств на счет самого кредитора: в этом случае получалось бы, что должник отвечает за неисправность банка, выбранного кредитором. В российских реалиях, когда у банков достаточно часто отзывают лицензии и возникают финансовые проблемы, такие решения бы приводили к крайне несправедливым последствиям.
(в) Данный вопрос о моменте исполнения, если и нужно было решать в ГК РФ, то на уровне поправок в нормы о безналичных расчетах и дублирования там положений Закона о национальной платежной системе, а не путем включения соответствующих положений в правила ст. 316 ГК РФ о месте исполнения обязательства. По месту нахождения банка кредитора невозможно определить момент платежа, так как корреспондентский счет банка кредитора открыт в другом банке (например, в ЦБ РФ).
В заданных условиях единственным выходом является творческое толкование комментируемого положения ст. 316 ГК РФ, согласующее его с нормами специального Закона о национальной платежной системе, при котором местом нахождения банка кредитора будут, как ни странно это звучит, считаться: (а) корреспондентский счет банка кредитора в соответствующем банке при несовпадении банка должника и банка кредитора и (б) расчетный или лицевой счет самого кредитора при осуществлении платежной операции внутри общего для сторон банка. Такое толкование разделяется и правоприменительной практикой (см. п. 26 Постановления Пленума ВС РФ от 22 ноября 2016 г. N 54).
(г) В Концепции реформирования общих положений обязательственного права России (п. 3.6 разд. II) обращалось внимание на необходимость восприятия соответствующего правила абз. 6 п. 1 ст. 316 ГК РФ как императивного, поскольку оно направлено на обеспечение баланса интересов сторон, недопущение злоупотреблений со стороны кредитора. Соответственно, есть определенные основания считать, что изменение договором вытекающего из положений Закона о национальной платежной системе и настоящей нормы ГК РФ (в описанной выше ее интерпретации) момента платежа в ту или иную сторону не допускается. В то же время может обсуждаться и иной подход, в рамках которого право не должно жестко блокировать свободу как минимум предпринимателей, заключающих договор в условиях сопоставимых переговорных возможностей, перераспределить риски банкротства привлеченных к проведению платежа банков по их усмотрению. В случае же навязывания подобных отступлений от общих правил распределения рисков неисправности привлекаемых сторонами банков слабой стороне договора последняя могла бы получить защиту посредством апелляции к ст. ст. 10 или 428 ГК РФ. Пока однозначный подход к решению этой проблемы в судебной практике не устоялся.
(д) При этом важно отметить, что платеж считается осуществленным при несовпадении обслуживающих стороны банков, если деньги зачислены на корреспондентский счет банка, обслуживающего кредитора. Если к моменту поступления средств на корреспондентский счет кредитор уже закрыл свой расчетный (лицевой) счет в этом банке, говорить о надлежащем исполнении нельзя. В то же время если этот счет был указан в договоре или в счете на оплату и при этом кредитор не сообщил должнику до момента проведения платежа о закрытии счета, риск банкротства банка, в который поступили средства, должен нести кредитор. Обязанность кредитора заблаговременно сообщить должнику о намерении закрыть счет, на который изначально кредитор планировал получить перевод, вытекает из принципа добросовестности (п. 3 ст. 307 ГК РФ). Соответственно, иск кредитора, направленный на взыскание с должника повторной оплаты, должен, по всей видимости, отклоняться, но кредитор не лишен права требовать от должника уступки ему вытекающего из норм гл. 60 ГК РФ кондикционного требования к банку о возврате ошибочно поступившего платежа. Подобные споры в последнее время достаточно часто рассматриваются судами, но какой-либо четкий алгоритм их разрешения пока не сформулирован (см., например, Определение КЭС ВС РФ от 25 сентября 2015 г. N 306-ЭС15-5083).
2. Пункт 2 ст. 316 ГК РФ предусматривает универсальное регулирование проблемы изменения места исполнения обязательства после его возникновения. Похожее решение закреплено в международных актах унификации (п. 2 ст. 6.1.6 Принципов УНИДРУА, п. 3 ст. III.-2:101 Модельных правил европейского частного права). Российское законодательство возлагает на соответствующую сторону обязательства риск изменения своего места жительства (нахождения) либо места жительства (нахождения) зависящего от него лица и, соответственно, возлагает на эту сторону бремя возникновения связанных с таким изменением издержек (расходов) другой стороны по исполнению и обязано возместить их другой стороне.
При этом такое изменение места исполнения в связи с изменением места нахождения сторон возможно, только если: (а) это место прямо не закреплено договором (в таком случае изменение места исполнения возможно только по соглашению сторон), и при этом (б) место исполнения обязательства предопределяется местом нахождения должника или кредитора (см. комментарий к п. 1 ст. 316 ГК РФ).
2.1. Поскольку речь в п. 2 ст. 316 ГК РФ идет о риске, для возложения на соответствующую сторону обязанности возместить дополнительные расходы по исполнению не имеет значения, несет ли данная сторона ответственность за соответствующие изменения. Единственным условием, достаточным для возложения такой обязанности, является возникновение данных изменений в хозяйственной сфере, за которую это лицо отвечает. Соответственно, например, и в случае замены кредитора в результате наследственного правопреемства на наследнике будет лежать обязанность предоставить возмещение дополнительных расходов должника, связанных с изменением места исполнения.
2.2. Правила п. 2 ст. 316 ГК РФ регламентируют только вопрос издержек, связанных с изменением места исполнения как такового. При этом данные нормы совершенно не исключают взыскания убытков в ситуации, когда соответствующая сторона своевременно не сообщила другой стороне об изменении места своего нахождения и соответственно изменении места исполнения обязательства. Например, если в результате несообщения (несвоевременного сообщения) контрагенту информации о произошедшем изменении места исполнения последнему причинены убытки, они могут быть взысканы в полном объеме на основании п. 4 ст. 10, п. 3 ст. 307, а также ст. 406 ГК РФ.

Возможно вас заинтересует эти образцы, формы и шаблоны договоров:
Безымянная страница
Образцы договоров:
Формы договоров: Добровольное страхование
Формы договоров: аренда, лизинг, прокат
Образцы договоров: Страхование
Другие шаблоны договоров:
Вопрос - ответ:


Copyright 2009 - 2017 гг. Образцы договоров. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!