Статья 387. Переход прав кредитора к другому лицу на основании закона

Комментарий к статье 387

1. В п. 1 комментируемой статьи указаны случаи, в которых происходит переход прав кредитора в силу закона. При этом указание на переход в силу закона является условностью, ибо непосредственно на основании закона никакие изменения в обязательстве состояться не могут. В собирательную категорию "переход на основании закона" попали все правовые ситуации, когда правопреемство в обязательстве на стороне кредитора вызвано иными юридическими фактами, нежели уступка требования.
1.1. Универсальное правопреемство в правах кредитора может произойти в порядке наследования, если кредитором является гражданин, или в результате реорганизации юридического лица - кредитора. В первом случае для перехода права кредитора требуется открытие наследства и принятие наследства или переход права в разряд выморочного имущества. Во втором случае основанием перехода права кредитора является административный акт - внесение записи о реорганизации юридического лица в ЕГРЮЛ, которым завершается процедура реорганизации юридического лица.
1.2. В силу подп. 2 п. 1 комментируемой статьи права кредитора переходят в силу судебного решения, вступившего в законную силу. Отличительная особенность данной ситуации заключается в том, что судебное решение заменяет собой волеизъявление кредитора, направленное на передачу права требования. Так, если нарушено преимущественное право покупки доли в праве общей собственности, сособственникам доступен такой способ защиты нарушенных прав, как перевод на основании решения суда прав и обязанностей покупателя доли в праве общей собственности (п. 3 ст. 250 ГК РФ).
1.3. Подпункт 3 п. 1 комментируемой статьи упоминает ситуацию, когда право кредитора переходит к исполнившему обязательство поручителю или залогодателю, не являющемуся должником, после обращения взыскания на предмет залога. В указанных ситуациях основанием перехода права требования является факт исполнения обязательства (платеж поручителя или удовлетворение требования залогодержателя посредством обращения взыскания на предмет залога). В таком случае вместо перехода права кредитора могло бы возникать право регресса (как, например, при исполнении должником в полном объеме одному из солидарных кредиторов). Однако законодатель посчитал необходимым сохранить обязательство должника, несмотря на исполнение. А это значит, что продолжается течение исковой давности, сохраняются все дополнительные права, в частности обеспечения, а у должника остается возможность использовать все возражения, которые накопились у него в отношении первоначального кредитора к моменту перехода права. Однако, за исключением исковой давности, которая регулируется императивно, многие вопросы, связанные с суброгацией, могут быть решены в соглашении сторон иначе, чем в законе. Так, поручитель и кредитор вправе договориться о том, что обеспечительные права не переходят к поручителю в случае суброгации (п. 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 12 июля 2012 г. N 42). Подобные оговорки могут вызвать определенные сложности в применении. Так, если переход права залога исключен договором поручительства, в случае надлежащего исполнения обязательства поручителем все права кредитора перейдут к поручителю, а право залога, которое не может существовать в отрыве от основного требования, прекратится (п. 2 ст. 354 ГК РФ).
1.4. Подпункт 4 п. 1 комментируемой статьи предусматривает суброгацию при выплате страховщиком страхователю страхового возмещения в связи с причинением страхователю убытков третьим лицом (ст. 965 ГК РФ). При этом следует помнить, что в договоре страхования может быть запрещена или ограничена суброгация (исключая требования, возникшие вследствие умышленного причинения убытков, п. 1 ст. 965 ГК РФ).
1.5. Согласно подп. 5 п. 1 комментируемой статьи случаи перехода права в силу закона могут возникать и в иных ситуациях, указанных в законе. Так, например, суброгация происходит при исполнении третьим лицом обязательства вместо должника (см. комментарий к ст. 313 ГК РФ), при передаче в рамках межкредиторского соглашения младшим кредитором старшему полученного от должника (см. комментарий к п. 2 ст. 309.1 ГК РФ), при возмещении на основании соглашения о возмещении потерь одной из сторон договора потерь, возникших у другой стороны в связи с неправомерными действиями третьих лиц (п. 4 ст. 406.1 ГК РФ), при переводе долга по модели экспромиссии (ст. 391 ГК РФ).
1.6. Спорным является вопрос о том, какая форма перехода права имеет место в случае обращения взыскания на обязательственное право и реализации его с торгов. Идет ли здесь речь об уступке, особенность которой в том, что волю цедента заменяет решение соответствующего управомоченного органа, осуществляющего обращение взыскания? Или в данной ситуации переход права осуществляется в силу закона? Однозначно вопрос в российском праве пока не решен. Поскольку в результате проведения торгов заключается договор об отчуждении имущества, выставленного на торги, более логичным выглядит первый из предложенных вариантов толкования.
2. Пункт 2 комментируемой статьи содержит отсылочную норму, позволяющую применять к переходу прав кредитора в силу закона нормы об уступке требования, если иное не установлено ГК РФ, иными законами или не вытекает из существа отношений.
2.1. Наибольший интерес представляет возможность применения положений о последствиях нарушения запрета или ограничений уступки требований (п. 2 ст. 382 и п. 3 ст. 388 ГК РФ) в ситуациях, когда право кредитора не уступается, а переходит к другому лицу в силу закона.
Прежде всего рассмотрим возможность применения правил об оспаривании уступки в нарушение договорного запрета на уступку к случаям перехода прав в силу закона. Как уже отмечалось в комментарии к п. 2 ст. 382 ГК РФ, правило данной нормы ГК РФ о праве на оспаривание цессии не может применяться к случаям перехода прав в силу закона, так как здесь переход права происходит не на основании сделки и, собственно говоря, должнику нечего оспаривать. В то же время в некоторых случаях если будет установлено, что переход прав в силу закона происходит в результате предварительного совершения прежним кредитором некой сделки с новым кредитором (поручительство, перевод долга по модели экспромиссии по правилам ст. 391 ГК РФ и т.п.) и при этом соответствующая сделка, создающая правовые условия для суброгации, совершена с целью обхода запрета на уступку, суброгация в нарушение договорного запрета на уступку может быть заблокирована (в силу запрета на обход закона, предусмотренного в п. 1 ст. 10 ГК РФ). Конечно, это возможно, если будет установлена недобросовестность нового кредитора. Иной вывод прямо легализовал бы элементарный прием обхода договорного запрета на уступку и исключения ответственности кредитора за его нарушение. Кредитору было бы достаточно вместо соглашения об уступке заключить с третьим лицом, намеревающимся приобрести требование к должнику, договор поручительства или соглашение о переводе долга по правилам ст. 391 ГК РФ. В таком случае выплата поручителем или новым должником долга должника была бы, по сути, равнозначна уплате цены за уступаемое право, после чего поручитель (новый должник) мог бы рассчитывать на приобретение права в порядке суброгации в обход договорного запрета на уступку. В той степени, в какой нарушение таких запретов является основанием для оспаривания цессии, переход права в силу закона не может происходить с помощью столь элементарной схемы обхода закона. Обсуждаться может лишь конкретная правовая форма блокирования суброгации в таких ситуациях: квалификация такой сделки, дающей право на суброгацию, в качестве притворной и соответственно ее переквалификация в обычную уступку, которая может быть оспорена по правилам п. 2 ст. 382 ГК РФ, или блокирование эффекта суброгации по правилам ст. 10 ГК РФ.
В то же время с точки зрения системной согласованности закона такое блокирование суброгации недопустимо в отношении денежных требований, применительно к которым ГК РФ прямо говорит о том, что оспорить уступку, совершенную кредитором в нарушение договорного запрета на уступку, должник не может, имея право рассчитывать лишь на взыскание убытков или неустойки (п. 3 ст. 388 ГК РФ).
Также очевидно, что должник с кредитором не могут заблокировать переход прав в тех случаях, когда право переходит в силу закона не в связи с заключением кредитором ранее какой-либо сделки, а, например, в связи с универсальным правопреемством. Возможность блокирования перехода права при наследовании или во многих случаях реорганизации (слияния, присоединения) будет приводить к тому, что право фактически будет прекращаться, а должник освобождаться от обязательства в силу исчезновения изначального кредитора, что абсурдно.
2.2. Применительно к праву должника, рассчитывающего на действие запрета на уступку, потребовать возмещения прежним кредитором убытков при переходе прав в силу закона следует отметить следующее. Фиксация факта нарушения кредитором договорного запрета на уступку требований предполагает наличие именно упречного волеизъявления первоначального кредитора: зная о наличии запрета или ограничения, он все же совершает сделку по передаче требования. Именно этим объясняется возложение на него ответственности за нарушение договорного запрета цессии. При переходе прав кредитора в силу закона такого упречного волеизъявления в подавляющем большинстве случаев нет (наследование, перевод прав в силу решения суда, исполнение обязательства третьим лицом и др.). Однако возможно и иное. Так, заключая договор поручительства или договор залога с третьим лицом, не являющимся должником, кредитор сознательно допускает возможность перехода права к поручителю даже при наличии оговорки о запрете или ограничении уступки. Нужно ли здесь применять дифференцированный подход? Формально это недопустимо. Во всех случаях перехода прав кредитора в силу закона отсутствует важнейшее условие для применения п. 3 ст. 388 ГК РФ, устанавливающего ответственность в виде возмещения убытков, - противоправное поведение кредитора. Переход права вызван не действиями кредитора, а иными обстоятельствами, в частности действиями третьих лиц. Соответственно, возложение на кредитора ответственности за действия третьих лиц по общему правилу недопустимо.
Единственным исключением является описанный выше в п. 2.1 комментария к настоящей статье случай совершения прежним кредитором сделки, которая может повлечь суброгацию (поручительства, перевода долга по модели экспромиссии в соответствии ст. 391 ГК РФ и т.п.), с умыслом, направленным на обход договорного условия о запрете или ограничении уступки и исключение своей ответственности за нарушение такого условия.
Кроме того, должник и кредитор могут договориться о том, что кредитор обязуется не заключать с третьими лицами договоры, способные стать основанием для суброгации прав из данного договора (страхование, поручительство и т.п.). В таком случае при нарушении этой обязанности кредитор обязан возместить должнику возникшие у того убытки. Этот вывод в равной степени применим к переходу прав в силу суброгации по денежным и неденежным обязательствам.
В тех случаях, когда переход прав в силу закона не является следствием предварительного заключения кредитором договора с третьим лицом (например, при исполнении третьим лицом обязательства должника по правилам ст. 313 ГК РФ), должник, естественно, не может защитить свои интересы в покрытии своих связанных с переходом прав потерь за счет условия о запрете на заключение кредитором тех или иных договоров. Но он может договориться с кредитором о том, что при суброгации прав в таких случаях кредитор покроет все возникшие у должника в связи с этим потери на основании соглашения о возмещении потерь (ст. 406.1 ГК РФ).
2.3. Возможен ли переход права в силу закона в ситуации, когда уступка права запрещена или ограничена не договором, а законом? В ряде случаев закон запрещает уступку без согласия должника. Так, например, п. 2 ст. 388 ГК РФ запрещает уступку без согласия должника в ситуации, когда личность кредитора имеет существенное значение для должника, а п. 4 этой статьи запрещает уступку неденежного требования в ситуации, когда такая уступка делает для должника исполнение значительно более обременительным. В силу п. 2 ст. 615 ГК РФ передача прав аренды по общему правилу возможна лишь с согласия арендодателя (это неудивительно с учетом того, что личность арендатора может иметь важное значение для арендодателя). В иных случаях закон жестко запрещает уступку независимо от согласия должника. Например, п. 7 ст. 448 ГК РФ запрещает уступку прав из договора, заключение которого в силу закона возможно только в результате проведения торгов. Если при этом законодательный запрет сформулирован исключительно в отношении уступки как сделки, формально это не означает, что законодатель запрещает переход права в силу закона. В то же время дать какой-то однозначный ответ на поставленный вопрос сложно, так как необходимо учитывать цели введения соответствующего запрета, а также то, что в соответствии с комментируемой нормой правила об уступке могут применяться к переходу права в силу закона. Телеологическое толкование в ряде случаев может подтолкнуть к выводу о том, что цель нормы состояла в ограничении или запрете не столько уступки, сколько перехода права в принципе. Например, в случаях, когда уступка без согласия должника заблокирована в силу существенного значения личности кредитора для должника или в силу того, что уступка может привести к значительному росту издержек на исполнение обязательства, могут возникнуть сомнения и в возможности перехода права в силу закона.
В такого рода случаях многое, видимо, зависит от существа складывающихся отношений, в частности от формы перехода права в силу закона, от степени связи обязательства с личностью кредитора или объема возрастающих издержек должника на исполнение. Например, вряд ли при реорганизации арендатора в форме слияния или присоединения следует блокировать переход прав арендатора в формате универсального правопреемства. В то же время если речь идет о наследовании, вопрос о правопреемстве может оказаться куда более сложным с учетом того, что личность арендатора может иметь принципиальное значение для арендодателя и существует неразрывная связь прав арендатора и его обязанностей (по обеспечению сохранности арендованной вещи, надлежащему использованию и т.п.).

Возможно вас заинтересует эти образцы, формы и шаблоны договоров:
Безымянная страница
Образцы договоров:
Формы договоров: Добровольное страхование
Формы договоров: аренда, лизинг, прокат
Образцы договоров: Страхование
Другие шаблоны договоров:
Вопрос - ответ:


Copyright 2009 - 2017 гг. Образцы договоров. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!